Читаем без скачивания Бомба для братвы [= Мастер взрывного дела] - Андрей Ильин

— Это хороший песок.

— Покажите груз.

— Зачем смотреть песок? Песок он и есть песок.

От легковушек, лениво накидывая на плечи одинакового покроя кожаные куртки, фронтальной колонной выдвигалась братва, которая давно уже разучилась бояться людей в форме, которым давно уже было, что милиционер, что бездомная кошка.

— Покажите накладные на груз.

— Вот они, накладные. А вот дополнительные накладные.

Дополнительные накладные были меньше накладных по размеру. Но зато гораздо толще накладных. Если их сложить друг на друга.

— А сертификаты?

— Вот они. А вот дополнительные сертификаты.

Дополнительные сертификаты были примерно равны размерами дополнительным накладным, но были другого цвета.

— Вы удовлетворены? Или нам с теми же документами следует выйти на ваше начальство? Чтобы получить разрешение на проезд от них. А не от вас.

— Нет, этот вопрос мы вправе разрешить на месте. Своими силами.

— Ну так разрешайте.

Братва стояла вдоль обочины, лениво пережевывая жвачку и скучно поглядывая по сторонам.

— Все в порядке. Проезжайте.

Водители забрались в «КамАЗы». Братва вразвалочку пошла к иномаркам.

— Ну что? — спросил проводивший проверку документов сержант.

— Отклонились.

— Кто отклонились?

— Стрелки отклонились.

— Сильно?

— Сильно.

— Надо доложить лейтенанту.

— Лейтенант спит. Велел не будить. Если ничего не случится.

— А когда стрелка отклонится, это «случится» или «не случится»?

— Это, наверное, «случится».

— Ну тогда буди. Лейтенанта разбудили.

— Ну, ты че, ефрейтор… Со своими родственниками… Вы че меня все… Когда я…

— Товарищ лейтенант. Стрелки отклонились.

— Какие на дух… стрелки? К какой такой… отклонились? Я же говорил…

— Стрелки на приборах, товарищ лейтенант.

— Да вы что! — вмиг проснулся лейтенант. — Это же…

О том, что это десять процентов от спасенной суммы, он вслух говорить не стал. Но про себя, хоть и с трудом, посчитал.

— Это же, ё моё! Где, хрен вас разбери, машины?

— Ушли.

— Почему ушли?

— У них документы были в порядке, — показал дополнительные накладные и дополнительные сертификаты сержант.

— Номера-то хоть запомнил?

— Номера запомнил.

— Ну тогда доложи о представленных документах.

Как положено доложи…

Вначале осмотрели дополнительные накладные. И поделили дополнительные накладные. По справедливости. В зависимости от звания, образования, стажа работы, занесенных в личное дело наград и поощрений. А также выговоров, замечаний и других допущенных нарушений дисциплины. Вышло так, что у начальства было больше звездочек, больше стажа и меньше дисциплинарных взысканий. Как и должно быть. Потому что не всякий ефрейтор способен дослужиться до лейтенанта. А только самые-самые.

Потом осмотрели и поделили дополнительные сертификаты. И — тоже отдавая должное и сертификаты более их заслуживающим.

И лишь потом вспомнили, что надо срочно позвонить по оставленному им несколько дней назад номеру.

— Алё. Это мы. Ну, то есть сержант дорожно-патрульной службы Михайлов. Мы тут это… Нашли. Ну, то есть стрелки отклонились. Как вы говорили. Два «КамАЗа». И иномарки. Номера? Записали номера. Все номера записали. Диктую…

Едущий на двух тентованных «КамАЗах» груз был обнаружен.

Ефрейтором Михайловым был обнаружен. А он даже не подозревал о том, какое немалое дело для Родины и мира он сделал.

— Тут это… Лейтенант велел спросить, когда вы к нему приедете. Как зачем? Не знаю зачем. Но он сказал, что вы обязательно захотите его увидеть…

Глава 67

«КамАЗы» с «грузом» решили встречать на перекрестке вблизи поселка Ивантеевка. Там было удобней всего. Потому что боковые дороги выходили на главную магистраль из густолесья. И увидеть, что на них происходит, не поравнявшись с ними, было нельзя. И еще потому, что, по расчетам, колонна должна была пройти здесь ранним утром. Когда автострада практически пуста. И когда очень хочется спать…

Для проведения операции были задействованы несколько десятков наиболее опытных бойцов из нанятых по случаю охранных фирм. И несколько своих, извлеченных из тенет конспирации «спецов», которые одни стоили всех тех нескольких десятков охранников. Потому что умели драться без оглядки на премиальные.

И даже без оглядки на жизнь.

— Второй. Говорит Седьмой. Объект проследовал в направлении… В количестве… Со скоростью… Вооружение предположительно легкое… Пассажиры легковых машин на задних сиденьях спят… На передних, рядом с водителем, — бодрствуют. Кроме второй машины…

Засечь точное, до секунд, время.

— Второй. Говорит Девятый. Объект проследовал…

Теперь по разнице во времени первого и второго сообщений прикинуть скорость колонны. И просчитать момент выхода в условленную точку. Получается…

— Всем выйти на исходные. Доложить готовность. Начало работы через семнадцать минут…

Колонна ехала с раз и навсегда заданной скоростью. Сорок километров в час. Водители зевали. Но не спали. Потому что в правую скулу им дышали бодрствующие штурманы. Или надсмотрщики. Не суть важно, как их называть. Важно, что они сводили на нет возможность ДТП по причине непроизвольного засыпания водителей. Это было их главной и единственной обязанностью. Через каждые четыре часа пары менялись.

Темп задавала головная машина. Она же отсматривала состояние дороги. И сметала к обочине весь опасный встречный автотранспортный мусор. И пригашивала их бьющие в глаза фары. И должна была принимать на себя их, если это было неизбежно, удар.

Вторая машина дублировала первую.

Третья прикрывала колонну с тыла. Четвертая была на подхвате. В пятой спал «банкир» и его телохранители. И все вместе они предназначались исключительно для того, чтобы защитить и обезопасить «КамАЗы». Обезопасить «груз».

— Через два километра Ивантеевка, — сказал «штурман» первой машины.

— И что с того?

— Ничего. Просто говорю. Чтобы говорить. Чтобы не спать. И тебе не давать.

— А ты не говори. Ты лучше смотри, чтобы сбоку кто-нибудь не выскочил.

— Кто? Все, кто может выскочить, давно спят.

— И тем не менее.

— Ладно. Черт с тобой.

«Штурман» внимательно посмотрел по сторонам.

— Все чисто. Никаких отблесков. Впрочем… Нет. Это встречные машины бликуют.

— Какие машины?

— Хрен их знает какие. Скорее всего перегонщики. Потому что целая колонна.

Головная машина проскочила перекресток. И поравнялась с головной машиной встречной колонны. А дальше… А дальше никто ничего не понял. Но сильно удивился. И еще больше испугался.

Потому что встречная машина, громко сигналя и мигая фарами, рванулась навстречу головной. Удар был неизбежен, и водитель инстинктивно нажал на тормоза. Машины столкнулись лоб в лоб. Но столкнулись не сильно, потому что успели погасить скорость. По крайней мере не так сильно, чтобы все мгновенно умерли. Но достаточно сильно, чтобы водитель и «штурман» ткнулись лбами в руль и лобовое стекло и потеряли сознание. А пассажиры второго ряда свалились под сиденье. В хвост первой машины въехала вторая.

В это время встречная колонна распалась на две разошедшиеся к обочинам части. И каждая встречная машина мгновенно, со скрежетом тормозов развернувшись, притерлась к борту иномарок. С двух сторон. Так, что невозможно было открыть дверцы. С боковых дорог ударили фары еще нескольких машин. А сзади, поперек магистрали вырулили два грузовика, перекрывая путь к отступлению.

Ехать было некуда. Дорога кончилась.

— А! Падлы! — закричала братва, вываливая из карманов пистолеты. — Мочи их, ребята, пока они, гады, не попрятались!..

А никто и не собирался прятаться. И даже наоборот…

В салонах встречных машин зажегся свет. И братва увидела наведенные на них автоматы. И тела, защищенные тяжелыми бронежилетами. И лица, прикрытые пуленепробиваемыми забралами. И еще братва увидела пулеметчиков, расставивших сошки своих «ручников» на крышах грузовых машин.

Против каждого их пистолетного ствола было по меньшей мере три автоматных. Плюс пулеметы. И была перспектива очень скоротечного, на десяток автоматных выстрелов, боя.

Конечно, можно было сопротивляться. И назло попортить несколько бронежилетов. И поцарапать несколько касок. И умереть. Потому что даже убежать было нельзя. По причине невозможности открыть дверцы автомобилей.

— Ну что? — сказал из ослепляющего света фар голос. — Будем громко изображать героев? Или будем тихо сдаваться?

Братва подняла руки. Кроме тех, кто еще не очухался…

Захват прошел без жертв. И даже без привлекающих, постороннее внимание выстрелов. Захват прошел так, как и должен проходить, когда операция планируется и осуществляется «спецами».